Колм Тойбин

Дом имен

«Я привыкла к запаху смерти». Так начинается рассказ Клитемнестры о ее жизни после того, как ее покинул муж — Агамемнон, отправившийся завоевывать Трою. Бессмертный древнегреческий миф о троянском герое Агамемноне, о его неверной жене Клитемнестре, об их детях, чью судьбу определили необратимые поступки родителей, запечатлели две с лишним тысячи лет назад Эсхил, Софокл, Еврипид, и всю дальнейшую историю человечество пересказывало и переосмысляло эти судьбы и сюжеты. В романе «Дом имён» Колму Тойбину удалось и открыть совершенно новое звучание античной трагедии об Агамемноне, Клитемнестре, Ифигении, Электре и Оресте, и заполнить пробелы в классических жизнеописаниях этих героев, и придать их нерешаемым нравственным дилеммам современные оттенки и глубину, и написать захватывающий и жуткий детектив в древнегреческих декорациях. Тойбин ведет по коварным лабиринтам памяти, то лживой, то устрашающе честной, по тропам слов, которые можно трактовать пятью разными способами — а от выбора трактовки будет всякий раз зависеть чья-то жизнь, — и по следам всегда судьбоносных решений. Это история о том, как одно предательство влечет другое, как одно убийство обращается в цепь убийств, как осуждение и оправдание идут рука об руку.
236 printed pages

Other versions

Impressions

    Vadimshared an impression3 years ago
    👍Worth reading
    🚀Unputdownable

    Это чертовски крутецкое чтиво, кроме шуток.

    Кратко вводная в сюжет: древняя Греция, боги и дворцы, войны и герои. Агамемнон, глава семейства и по совместительству полководец, имеющий в активах дворцы и что-то типа царской крови в венах, для победы собственного войска в последующих кровавых банях приносит в жертву свою дочь - Ифигению. Ну, ему так боги сказали, что тут поделаешь.

    Естественно, этот поступок в семье одобрения не получает, и после того, как Агамемнон возвращается с войны спустя три года, его жена, Клемнестра, обзаведясь любовничком-хитрецом, Эгистом, все грамотно спланировав, из мести собственноручно закалывает суженого клинком. Электра, еще одна дочь, помещается в темницу (че?), а люди Эгиста, стражники, похищают младшего из четы, Ореста, и выводят его к черту на кулички, в лагерь похищенных детей (чеееее?).

    А дальше - "Игра престолов". Одно убийство тянет за собой второе, третье, пятое и десятое. Куча крови на руках людей, постепенно сходящих с ума. Друзей теряют и обретают вновь. Связь беглецов становится чуть ли не прочнее семейных уз. Интриги плетутся, как шарфики бабушкой в переходах. До конца книги не имеешь ни малейшего понятия, чем же все это кончится. А когда дочитываешь последнюю страницу, сидишь и думаешь: "И что это со мной произошло только что?".

    Писатель - огромный молодец. Умудрился подать древнегреческую трагедию под видом современного детектива, который до конца держит в напряжении, да еще и простым и понятным, незаумным языком. Буду перечитывать.

    https://t.me/readordiehard - еще больше про книги.

    artanizoshared an impressionlast year
    👎Give This a Miss
    💩Utter Crap

    Неинтересно. Логические нестыковки. Переврал мифы.. Между убийством Ифигении и возвращением Агамемнона прошло 10 лет, это важно. Но у Тойбина Оресту как было 8 лет, так и осталось. И даже после пяти лет вдали от людей он как будто остаётся ребёнком. Понимая, что речь идёт о 18-23летнем мужчине, читать невозможно. Других достоинств у текста нет, перевранный миф не компенсируется ни интересным сюжетом, ни важным смыслом, ни языком. Зря только потратила время.

    Polina Galuevashared an impressionlast year
    👍Worth reading

    Отличнейший роман.

Quotes

    mariaiamdrunkhas quoted11 days ago
    Нравились мне и слетевшиеся мухи, их тельца растеряны и отважны, жужжат после пиршества, удручены неутолимым голодом, какой чуют в себе, голодом, какой познала и я — и научилась ценить.

    Мы все теперь голодны. Пища лишь возбуждает в нас аппетит, затачивает зубы: от мяса мы делаемся жаднее до мяса — как от смерти делаемся жаднее до смерти. Убийство придает нам жадности, наполняет душу удовлетворением — яростным, а затем таким сладостным, что порождает вкус на дальнейшее удовлетворение.

    Нож, что пронзает мягкую плоть за ухом, проникновенно и точно, а затем движется поперек горла столь же беззвучно, как солнце по небу, но с большей прытью и пылом, и потом темная кровь струится с тем же неустранимым безмолвием, с каким сходит ночь на знакомые предметы.
    Натальяhas quoted3 months ago
    Доверять нельзя никому, думала я. Никому не доверюсь. Вот что полезнее всего не упускать из виду.
    Слава Хмелеваhas quoted3 years ago
    Ничто не устойчиво, не замирает в этом свете ни один цвет; тени становятся темнее, и земные предметы сливаются друг с другом, как сливаются в единый поступок действия, которые мы все совершили, и все наши крики и жесты сплавляются в единый крик, единый жест. Утром, когда свет омыт тьмой, мы вновь встретимся с ясностью и отдельностью.

On the bookshelves

fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)