Александр Соболев

Грифоны охраняют лиру

Действие романа происходит в 1950-е годы в России, слегка отличающейся от исторической. Главный герой, Никодим, узнает из случайной оговорки матери, что его отцом был известный прозаик, исчезнувший некоторое время назад при странных обстоятельствах. Никодим, повинуясь смутному чувству, пускается на его розыски. Череда примечательных происшествий и необыкновенных лиц, встретившихся на этом пути, составляет внешнюю фабулу книги. Написанный филологом и предполагающий определенную читательскую квалификацию роман может быть интересен и широкому кругу любителей отечественной словесности.
439 printed pages

Impressions

    Elise Filippovashared an impressionlast year
    👍Worth reading

    Если вы, как и я, не сразу поняли концовку -- попробуйте проследить путь героя по карте. Мне помогло!

    В целом, я принадлежу скорее к "широкому кругу читателей" без филологической квалификации, и мне было и правда (и даже очень) интересно.

    Роман Стойчевshared an impressionlast year

    Как роман, кажется, сырым. Герой не воспитывается, сюжетные узлы не развязываются, подстрочные примечания врываются в основной текст... А вот как "филологическая проза", очень хорошо: множество деталей, наблюдений, уютных каких то мелочей и редких слов, заботливо подобранных автором; в итоге воображаемая Россия чем то напоминает одновременно первое путешествия хоббита у Толкина, каприччио Юнгера консевратизм Розанова и раннего Набокова

    Озверевшийкартман Иззлейшейпараллельнойвселеннойshared an impression8 months ago

    Роман, который невозможно принять за дебютный (хотя это так) - настолько хорошо написано и ладно скроено. В полку современных филологов, превратившихся в интересных литераторов, прибыло. И роман Соболева покруче водолазкинского «Лавра» будет.

Quotes

    Alexandr Antipovhas quoted5 months ago
    принял обет молчания и уединился в скиту, где одними ногтями, без помощи каких-либо инструментов, выцарапывал себе гроб из ствола вековой лиственницы,
    Нина Розоваhas quotedlast year
    любую секунду с ней что-то происходило: билось сердце, росли волосы, шелушилась кожа; она думала или видела сны; ее легкие дышали, а желудок переваривал; она была объектом и субъектом тысяч историй; машинально шлепнув по ляжке, она обрывала судьбу комарихи, а промучавшись ночь, с искаженным от боли и криков лицом, давала жизнь другому человеческому существу. В ее памяти хранились невообразимые залежи воспоминаний и впечатлений, странно перемешанных: вчерашний выпуск новостей, авария шестилетней давности, не
    Elise Filippovahas quotedlast year
    Впрочем, была в одном из его рассказов и занимательная часть: что-то про пески, бесконечную степь, завязнувшую машину, звездную ночь и оглушающий рев торжествующих цикад — мгновенный снимок, сделанный с освежающей старательностью человеком, единожды в жизни на секунду открывшим глаза и оглядевшимся вокруг.

On the bookshelves

fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)