Джоэл Харрингтон

Праведный палач: жизнь, смерть, честь и позор в XVI веке

    Olga Ghas quotedlast year
    Юристы, обученные гражданскому (римскому) праву, получили особое влияние во Франконии, что вылилось в создание двух исключительно важных сводов уголовного законодательства: Бамбергского уложения 1507 года, официально называвшегося Bambergische Halsgerichtsordnung (буквально — «Шейное судебное уложение», поскольку значительная роль отводилась в нем смертной казни, в особенности обезглавливанию), и его преемницы 1532 года, имперской Constitutio Criminalis Carolina (или «Уголовной конституции [императора] Карла V»), широко известной как «Каролина» [40].
    Ankhas quotedlast year
    И «Железная дева», и тайный суд были абсолютным вымыслом, возможно вызванным неверным толкованием старинных текстов, но это не помешало эффективной популяризации мрачного образа средневекового «правосудия» и его зловещих слуг, орудовавших до эпохи Просвещения.
    Ankhas quotedlast year
    Даже квартира надзирателя в мрачной Яме стала популярной пивной под вывеской «Зеленая лягушка».
    Ankhas quotedlast year
    Всего лишь одно поколение спустя сразу несколько сыновей немецких палачей будут приняты в медицинские школы, и еще большее число их потомков станут успешными хирургами и врачами в XVIII веке
    Ankhas quotedlast year
    Беременные женщины и люди, страдающие от отеков суставов или судорог, носили специально обработанные полоски человеческой кожи, известные как «человечья шкура» или «жир бедных грешников». Целительная сила мумий — высушивание человеческой плоти было широко распространено — даже оказалась в центре нового религиозного мистического учения, созданного иезуитом Бернардом Цезием (1599–1630). Невозможно узнать, какой именно дополнительный доход Франц имел от торговли частями человеческих тел или даже в какой степени он участвовал в этой гнусной, но прибыльной практике
    Ankhas quotedlast year
    Трупы казненных другими способами передавались палачу для вскрытия или иного использования. Никоим образом телу казненного преступника не позволяли пропасть просто так; вместо этого оно бывало задействовано как свидетельство милости суда, как ужасное предупреждение или как полезный медицинский объект.
    Ankhas quotedlast year
    Предполагалось, что все домодерные палачи должны были обладать определенным медицинским опытом. Некоторые даже получали свои посты именно благодаря их навыкам исцеления людей или животных, обычно коров и лошадей.
    Ankhas quotedlast year
    В обществе, где все были вооружены, даже домашняя прислуга, сметая паутину, держала под рукой кинжал
    Ankhas quotedlast year
    приблизился к политическому идеалу палача как стабильного и беспристрастного инструмента государственного насилия.
    Ankhas quotedlast year
    Но независимо от своей этимологии прозвища служили исключительно практической цели: они позволяли избежать путаницы в обществе, которое полагалось всего на несколько имен (в особенности на имя Ганс).
    Ankhas quotedlast year
    приобретали броские уличные имена: Ганс Лягушка, Черный Пекарь, Красный Ленни, Живчик, Крюк, Пройдоха. Популярные прозвища могли быть основаны на профессиях (Лавочник, Каменщик, Пекаренок), географии происхождения (Швейцарец, Кунц-из-Поммельсбрунна), предпочтениях в одежде (Зеленый Колпак, Кавалер Ганс, Георг Перчатка), или их сочетаниях (Лодырь-Башмачник, Лесник-из-Лауфа, Чернявый-из-Байерсдорфа). Они могли быть комичными (Куриная Ляжка, Кролик, Улитка), снисходительными (Болтун, Барт Заика, Парнишка) или даже оскорбительными (Клоп-Вонючка, Вороний Корм). В ту несомненно менее толерантную эпоху многие клички часто фокусировались на внешности человека — Остроголовый, Долговязый Кирпичник, Красный Петер, Тощий Георг, Толстячок — или на моментах личной гигиены, например Грязнуля
    Ankhas quotedlast year
    В отличие от своих литературных прототипов, преступники в изображении Шмидта не следуют никаким «кодексам чести», не проявляют продолжительной преданности друг другу и фактически регулярно восстают друг против друга.
    Ankhas quotedlast year
    «В обществе, основанном на чести, — замечает историк права Уильям Миллер, — не существует самоуважения вне зависимости от уважения других», а значит, всякий личный контакт чреват опасностью утраты чести
    Ankhas quotedlast year
    Денежное довольствие, обеспеченное новому палачу первым пятилетним договором, было довольно впечатляющим. Вдобавок к еженедельному жалованью в два с половиной гульдена (130 флоринов в год) Франц получал бесплатное и просторное жилье (с собственной обогреваемой купальней), регулярно пополняемые запасы вина и дров, возмещение расходов на проезд и прочих, связанных с работой; кроме того, ему даровалось пожизненное освобождение от уплаты налогов.
    Ankhas quotedlast year
    Делать дело — и показывать дело. Все ценится не за суть, а за вид. Иметь достоинство и уметь его показать — двойное достоинство: чего не видно, того как бы и нет.

    Бальтасар Грасиан. Карманный оракул
    Ankhas quotedlast year
    ,

    «Испорченное» обезглавливание в швейцарском кантоне Граубюнден привело к тому, что толпа забила палача камнями. Зрители всегда бурно реагировали на неудачные казни, но случаи гибели палачей оставались редкими (1575 г.)
    Ankhas quotedlast year
    Публичные казни, как и телесные наказания, преследовали две цели: во-первых, шокировать зрителей и, во-вторых, укрепить божественную и земную власть. Уравновешенный и надежный палач играл ключевую роль в соблюдении этого тонкого баланса через ритуализированное и регулируемое применение насилия от имени государства.
    Ankhas quotedlast year
    В первые три года работы Франца в качестве подмастерья все, кроме одной из проведенных им 11 казней, относились к двум самым постыдным способам умерщвления: повешению и колесованию. Эта низменная работа была необходимой частью его профессиональных обязательств и создания репутации в регионе.
    Ankhas quotedlast year
    когда женщину приговаривали к смертной казни, напротив, наказание могло быть ужасным. Поскольку повешение считалось в этом случае непристойным (оно позволяло свидетелям казни заглядывать жертвам под юбки), а обезглавливание обычно предназначалось для благородных мужчин, то наиболее распространенной формой казни женщин до XVI века было погребение заживо под виселицей.
    Ankhas quotedlast year
    К XVIII веку Пруссия для желающих стать палачами введет обязательный экзамен, включающий не только письменную, но и практическую часть, призванную определить, умеет ли заявитель пытать, не ломая костей, сжигать трупы так, чтобы оставался лишь пепел, и насколько мастерски он владеет приспособлениями для допроса и казни
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)