Александра Финогенова

У меня нет шкатулки с драгоценными воспоминаниями, нет роскоши накопленного опыта и нажитой мудрости. В конце концов, что мы такое, если не коллекция воспоминаний?

После этих слов я возненавидела его. Думал, что знает меня лучше, чем я сама. А на самом деле знает только мою болезнь.

Младший умер сразу. Он почти не мучился. Доктор уверял, что он вообще ничего не почувствовал. Безжизненное тельце достали из ванны, где оно лежало в окружении резиновых игрушек, уложили в серый мешок, а мешок застегнули на молнию. Девочка к прибытию полиции была еще жива. Видно было, что она отбивалась изо всех сил — об этом свидетельствовали следы борьбы, в том числе частицы кожи под детскими ногтями. В «скорой», по дороге в больницу, ее сотрясали судороги. Она лежала с широко открытыми глазами и ловила ртом воздух. Горлом шла кровь. У нее было проколото легкое и сильно разбита голова — о ее любимый голубой шкафчик.