Сарина Боуэн

Мое слабое место — он.

— Что хорошего в том, чтобы быть геем?
— Ну… — произносит он, — во-первых, само собой, члены.

— Я дотягиваюсь до его шорт на переднем сиденье, нахожу в заднем кармане бумажник и, бросив в него презерватив, приказываю: — Одевайся.

Помню, у меня промелькнула мысль, отсасывали ли ему хоть раз раньше. Шок и трепет в его голосе был таким неприкрытым. Таким сексуальным. Но раздумывал я об этом недолго. До тех пор, пока он жарким шепотом не начал отдавать мне совершенно непристойные приказания.
— Еще, — пробормотал он. — Возьми еще. Целиком.

Его затуманенный страстью взгляд уничтожает меня. Он моргает. Так растерянно, словно не понимает, почему я вдруг прервал поцелуй.
— Это твое колечко… — Голос у него хриплый от возбуждения. — Я хочу почувствовать его на своем члене.
Боже мой.
Так. Он пьяней, чем я думал. Насколько я помню, он опрокинул не больше пары бутылок, но, очевидно, пока я не смотрел, он покупал еще.

Вперед. — Его дыхание щекочет мой сосок, и он твердеет. Мгновенно.
— Ты когда-нибудь… — Не знаю, как и сказать. — Был снизу? Это вообще нормальное выражение?
Его плечи вздрагивают, словно он пытается не рассмеяться.
— Не хуже любого другого. «Давал в задницу» тоже сойдет.
— Ладно. И все-таки?
Он ерзает.
— Да. Один раз.

Уж не знаю, почему, но меня приводит в бешенство мысль о том, что Вес отдал свою невинность какому-то типу сразу после того, как выкинул из своей жизни меня.

— Не было у меня никакой таинственной женщины. Я встречался с парнем.
На мгновение на том конце линии повисает полная тишина.
— Правда? — Ее голос звучит недоверчиво.
— Правда. В общем, как выяснилось, я… — Я еще никогда не произносил этого вслух. — Бисексуал. — Вот. Не так уж и сложно.
— …Вау, — говорит Холли. — Такого я точно не ожидала.

— Балда. Я тебе не фанатка.

У меня в груди все деревенеет. Мысль о том, что сегодня ночью Вес будет с кем-то путаться, выбешивает меня.
Ревнуешь? — насмешливо интересуется мое подсознание.